* * *
Отделённый от
мира болезнью прозрачной
Я повис в
ресторане над рюмкой коньячной
Случай в Азии
В песках
Кызыл-Кумов, где только колючки,
где
воздух, как порох, где высохли реки.
глядим с интересом
на все эти штучки.
И всюду -
узбеки, узбеки, узбеки.
Жара, мы
тебя в Самарканде испили.
Припали к
тебе, как паломники к Мекке.
и где б ни
ездили, где б ни ходили -
повсюду -
узбеки, узбеки, узбеки.
Базар,
чайхана, минареты, мечети,
Тимур с
Улугбеком в исчезнувшем веке,
самсы и
лагманы, и грязные дети,
И те же
узбеки, узбеки, узбеки.
Мы видели
город-красавец в пустыне.
Закрыто
все было в нем, кроме аптеки.
Фонтаны,
арыки, цветы и витрины,
и те же
узбеки, узбеки, узбеки.
В Одессе
народ удивить очень сложно.
Нам все
нипочем, что французы, что греки.
Но кто бы
подумал, что это возможно:
узбеки,
узбеки, сплошные узбеки!
Аллах
справедлив, он природы творец.
Ликуй,
правоверный, настал час великий.
Вот мы в
Пенджикенте, и тут, наконец,-
таджики,
таджики, таджики, таджики.
1984 г. Пенджикент
***
Когда на улице
тюрьма
А в комнате жена
И эти мерзлые
стихи
Не ослабляют стон
Какой лечебный
анальгин
Потребует душа
За тихий праздник
теплых плеч
И запах анемон?
Когда однажды в
поздний час
Ко мне приходит
врач
И говорит что я
здоров
Причем здоров как
бык
Я понимаю это так
Что стоит мне
упасть
И все поймут что
я упал
Не приведи
господь!
Когда какой-то
водолаз
Кричит в мое
окно:
- Пойми, ты
губишь всех не так,
Как губят все
тебя! -
Я понимаю это так
Что я уже не тот
Кого любили ни за
что
Пятнадцать лет
назад.
Далее см. бумажную версию